17:23 

DOGS

Загружу по полной
Итак, я снова нашел в себе силы заняться этим.

Название: Полуслепые
Автор: Natsuke Takeda
Переводчик: Storier
Разрешение на перевод: получено
Ссылка на оригинал: Eyes Half Open. Chapter Two. Open My Eyes.
Фэндом: DOGS
Жанр: агнст, скорее всего, немного романс
Персонажи: Хайне, Наото, пробегом Нилл и Эрнест
Рейтинг: нет
Размер: мини
Статус: закончен
Дисклеймер: Фэндом принадлежит тому, кому принадлежит. Фик - автору.
Размещение: с согласия автора
Содержание: Стараниями Эрнеста Хайне и Наото оказались в исповедальне...
Предупреждение от переводчика: Автор очень любопытный, желает иметь у себя не только копию русского перевода, но и перевод отзывов. Так что не ленимся и ОТЗЫВАЕМСЯ! Не мне же за вас отзывы придумывать!

Глава первая. Поверенный с другого плана бытия

Глава вторая. Помоги мне прозреть
Он ненавидел ее силу воли.

Эта хмурая женщина, неспособная ни на что, кроме как глазеть на него. Она просто сидела в соседней будке, молча прожигая в нем дырку пронзительным взглядом. Такие женщины заставляли его кровь кипеть, кулаки сжиматься, а зубы - скрипеть. Жгучего гнева внутри него, когда он замечал ее присутствие, было достаточно, чтобы Нилл убегала и пряталась за ближайшим столом, а Бадо, похоже, постоянно вспоминал о каких-то важных встречах, на которые ему надо было немедленно бежать.

И действительно, единственного упоминания о ней хватало, чтобы испортить ему день.

И было совершенно ясно, что этот день не станет исключением.

- Какого черта ты пялишься…?

Его слова, острые как клыки, впивались в нее будто песьи зубы.

Она заглотила наживку, и ее глаза еще больше сузились.

Однако такой паршивый день не грозил перейти в шторм как обычно. Обычно игра в гляделки прекращалась раздражением Бадо или грустными попытками Нилл отвлечь их танцем. Но никого из них здесь не было, и никто на Земле не мог развеять глубокой горечи, наполнившей исповедальню.

Они оказались в ловушке, пуленепробиваемая дверь заперта, а меч Наото Фуюмине - у Нилл, где-то за переделами этих двух маленьких комнат. Эрнест, он же Падре, провел их обоих и смылся из исповедальни. И теперь здесь были только Наото и Хайне, застрявшие в отдельных будках, совсем рядом, и ничего, кроме тонкой стены, не мешало им перегрызть друг другу глотки. Небольшое прямоугольное вертикальное отверстие было единственным окном в другую комнату. И оба неплохо им пользовались, сверля друг друга взглядом.

Хайне ссутулился на стуле с пистолетом в руке.

Наото, выпрямившись, стояла на скамье, сжимая в ответ нож.

Неожиданно в их маленькой войне настало перемирие.

Атмосфера была напряжена от огромного количества эмоций. Хайне крепко сжимал пистолет, взбешенный ее вмешательством и предательством Падре. Тот открыл единственную комнату, где он мог излить душу, женщине, которая только лишь вызывала еще больше темных мыслей в его затуманенном сознании. Еще долго никто не произносил ни слова после того, как Хайне гавкнул на нее.

Он глазел на нее.

Она глазела на него.

Он скалил зубы на нее.

Она скалила зубы на него.

Он щурился.

Она щурилась.

Тишина.

Хайне неожиданно вскинул руку, заставив Наото рефлекторно еще крепче сжать нож. Но ее телодвижения были излишни, так как Хайне снова принялся палить в дверь.

Еще одна попытка провалилась. Одна из пуль срикошетила и оцарапала его бедро, но Хайне даже не поморщился.

- Ты просто напрасно тратишь время, паля в дверь.

- Пошла к черту.

- Сначала ты.

- Чч, - Хайне окинул мечницу неприятным взглядом. Вдруг демоническая усмешка появилась на его лице. – Ты можешь резать меня сколько угодно, и я не умру. А мне всего-то нужно выстрелить разок, и ты получишь бесплатный билетик в ад.

- Ты не можешь умереть, но я, по крайней мере, сохраню свой рассудок, отрезав тебе язык. Это-то тебя точно заткнет.

- Будет гораздо проще, если я отстрелю тебе уши.

- Ты даже прицелиться не сможешь, когда я выколю тебе глаза.

- Тогда почему бы тебе не попробовать? Буду рад отправить тебя прямиком в пекло.

Ее глаза напряженно дергались, она снова схватилась за нож, не отводя взгляда ни на мгновение. Ее молчание только наполнило Хайне еще большим торжеством.

- Не хочу марать свой клинок твоей дерьмовой кровью.

Хайне ощутил отвращение, сквозящее в этих словах. Наверное, она никогда до конца не поймет, на сколько грязна его кровь на самом деле.

- Если дело в этом, то ты не выживешь, если тебя занесет в Подполье

Неожиданный ответ Хайне застал ее врасплох. Его глаза были широко расрыты, а он сам откинулся назад.

- Если ты будешь так думать, ты никогда даже спуститься вниз не сможешь. Проснись, Принцесса. Такие слова не ранят.

Он нацелил на нее пистолет, заставив резко поднять клинок.
- Ты думаешь, моя кровь черна? Приди в себя, женщина. Ты ведь дралась с теми близнецами. Это только маленький пример того, насколько дерьмовой она может стать.

- С меня достаточно твоей болтовни.

- Ну, тогда я просто буду говорить и говорить, пока ты не сделаешь одолжение нам обоим… и не окончишь свои страдания.

Она сжала зубы, ее реакция лишь доставила Хайне еще больше удовольствия.

«Развлекаетесь, Хозяин?»

Глаза Хайне неожиданно распахнулись, картинка перед ними расплылась, и он слегка задрожал.

Наото тут же обратила внимание на его реакцию, наблюдая, как он наклонился вперед, смотря вниз.

- Что с тобой?

- Т-ты…

«Я не могу упустить такую возможность. Тебе не кажется, Хозяин?»

- З-заткни…

Хайне резко вскинул голову, его выпученные глаза уставились на инстинктивно отпрянувшую Наото.

«Она готова напасть, когда вы кинетесь, Хозяин. Почему бы не поиграть с ней немного?»

- Я сказал… ЗАТКНИСЬ!

Хайне заставил себя закрыть глаза. Его тело дрожало, он выпустил пистолет, руки принялись дергать бинты на шеи, разрывая их и царапая оголившуюся металлическую платину, которую они скрывали.

«Какие свирепые глаза. Она прямо-таки простит вас напасть, просто чтобы самой разорвать вас на куски».

- Т-ты…!

«Ну, разве она не похожа на нее?»

- Хайне! – крикнула Наото, наклоняясь вперед.

Альбинос неожиданно схватил пистолет и прицелился прямо в нее, она тут же обратила к нему нож. На мгновение ее глаза стали свирепыми, но внимание обратилось к пистолету, она заметила, как дрожит ствол. Поднимая глаза выше, она отметила дрожащие руки Хайне, его дрожащие плечи, а потом вцепилась взглядом в его прищуренные глаза, зло глядевшие на ее, будто прицеливаясь. Она просто вернула этот взгляд, еще крепче сжимая зубы.

«Спусти курок».

Рука Хайне дрожала, указательный палец медленно нажимал на курок.

«Спусти».

Его руки только задрожали еще больше, а Наото могла лишь смотреть, готовясь среагировать в тот момент, когда он выстрелит. Ее глаза прищурились даже еще свирепее.

«Она скалит на вас клыки, Хозяин!»

- А-ах…

«Высвободите свои клыки! Дайте им волю! Покажите ей, что такое настоящий пес, раздирающий плоть».

- Арр…

«СПУСТИ КУРОК, ХАЙНЕ!»

Его указательный палец подался назад.

- ХАЙНЕ!

Глаза Хайне неожиданно распахнулись, моментально заметив, что Наото схватила его за запястье. Его тело дрожало от ее прикосновения, неожиданный страх шевельнулся внутри, заставляя нажать на курок, даже когда он этого не хотел.

Пуля просвистела у ее щеки, слегка задев, и попала в стену. Но все равно его рука дрожала, а она все так же крепко вцепилась в его запястье.

«Еще!»

- Ха… ха… ха… - На лице Хайне застыл испуг, он смотрел на нее, а она яростно возвращала взгляд.

«СПУСТИ КУРОК СНОВА!»

Он задышал еще тяжелее, рискуя вглядеться глубже в ее глаза.

«ХАЙНЕ!»


- ПРЕКРАТИ, ХАЙНЕ! – крикнула Наото.

Крепко сжав зубы, он вдруг отдернул руку, заставая ее врасплох и увлекая за собой. Она снова взяла наизготовку нож.

- Я сказала…!

Однако ее внимание вдруг снова вернулось к выражению лица Хайне, оно оказывалось все ближе к ее, пока он продолжал тянуть.

Мужчина направил пистолет себе в грудь, Наото все еще крепко сжимала его запястье, а его лицо было в считанных сантиметрах от ее.

- Хайне!

«ХАЙНЕ!»

- …ЗАТКНИСЬ НАХРЕН!

Он нажал на курок и выстрелил себе в грудь три раза, полностью опустошив магазин, прежде чем рухнуть на небольшой клочок пола, его голова оказалась на подушечке для коленопреклонения.

Наото так и не отпустила его руки, в ее глазах застыл испуг от того, что случилось в считанные секунды. Она могла только смотреть на его продырявленную пулями грудь, клубящийся дым поднимался от горячих кружков к потолку и исчезал в вентиляционной шахте.

- Т-ты…

Наото взглянула на Хайне, чьи прикрытые глаза глядели на нее с той же свирепостью. Она грозно посмотрела в ответ.

Он прижал дуло пистолета к ее лбу.

Щелк. Щелк. Щелк.

Он все нажимал и нажимал на курок, но выстрела не было: магазин был пуст.

- В-вон…

Щелк. Щелк. Щелк.

- Убирайся…!

Она просто вглядывалась в него и могла только спрашивать себя, почему.

Щелк. Щелк. Щелк.

- Почему ты так сильно ненавидишь меня?

Щелк.

Молчание.

- Ответь.


Он открыл рот, но тут же закрыл снова, и, сжав зубы, снова прижал дуло пистолета к ее голове.

- Ты не убьешь меня.

Спокойствие Наото только злило Хайне еще больше. Но голос внутри исчез, предоставив его самому себе, и он смотрел вверх. Тело Наото наполовину высунулось из небольшого отверстия между двумя комнатками, ее короткие волосы оказались достаточно близко, чтобы касаться его лица. Ее глаза вглядывались в его.

- Почему ты так сильно ненавидишь меня?

Хайне отвернул голову, пряча глаза от ее взгляда. Он только рассердил женщину еще больше, она хмурилась и тихо скрипела зубами.

- Ты втянул меня в эту драму и собираешься просто смотреть в сторону, трус?! И после всего того, что сейчас случилось, ты думаешь, что я просто буду сидеть?! ОТВЕЧАЙ МНЕ!

- Ты меня БЕСИШЬ ДО ЧЕРТИКОВ! – заорал он в ответ, повернувшись к ней. Он скалил клыки, подав голову вперед. Его лоб теснил ее, а он зло смотрел на нее. – Просто сиди и помалкивай!

- Зачем? Чтобы ты снова не запаниковал и не стрелял в себя?

- Ты вообще ничего не понимаешь! И какого черта я с тобой вообще разговариваю?!

- Тогда заставь меня понять! Это все, чего я хочу! Я хочу просто понять, что это во мне так БЕСИТ ТЕБЯ!

- Я СКАЗАЛ, СЯДЬ! – он уперся рукой в пол, чтобы подняться, но почувствовал неожиданный толчок боли, от которого он поморщился. Посмотрев на руку, он увидел, что Наото вогнала в нее нож, пробив насквозь и пришпилив его ладонь к полу. Он посмотрел наверх. На лице Наото читался гнев, она тяжело дышала, сверля его взглядом.

- ОТВЕТЬ МНЕ!

- С ЧЕГО ЭТО ТАК ЧЕРТОВСКИ ТЕБЯ БЕСПОКОИТ?

- ПОТОМУ ЧТО Я…! – Она отрыла рот, но не смогла произнести ни звука. Она сама не понимала эту неожиданную одержимость знать, почему Хайне так ненавидел ее. Единственное, что она знала, - это беспокоило ее с самого начала.

- Видишь? Ты даже сама не знаешь, - прорычал Хайне.

Лицо Наото дрогнуло в какой-то момент, как будто впервые его слова задели ее, и она тут же отпрянула назад. Хайне попытался встать, но нож в его руке, вонзенный в пол, мешал ему. Другой он не мог ничего поделать: неуклюже упав, он оказался в положении, существенно сократившем его подвижность.

- Э-эй! – он попытался привлечь ее внимание и напомнить про нож, он она уже пролезла обратно в свою кабинку. Скрип дерева подсказывал, что она села на скамью.
В конце концов, Хайне бросил эти попытки, расслабившись на полу и приспособив коврик для коленопреклонения вместо подушки. Он вглядывался в тусклый свет, льющийся с потолка.

Только тишина осталась после побоища.

Наконец, дыхание Хайне выровнялось, боль от ножа, торчащего в его руке, понемногу притуплялась, возможно, из-за изменений в его теле. Он чувствовал, как кровь высыхала на кончиках его пальцев, а огнестрельные раны медленно закрывались, оставляя лишь пулевые отверстия в рубашке. В конце концов, он успокоился, жар спал, пока он отдыхал на полу этой тесной комнатенки.

- Я не помню лиц своих родителей, - заговорил женский голос с той стороны. – Я знаю лишь то, что их убили. Меч, что порезал их на куски, пощадил меня. Я не могла тогда ничего сделать. Так же как тогда, когда мой учитель, мой отец, был убит. Я могла бы просто уйти, но я не смогла. Я должна была двигаться вперед. Я должна была найти выход, и единственным способом завершить эту главу была месть за них.

Хайне не сказал ни слова, он просто пялился в потолок, находя какую-то иронию в том, что теперь она исповедовалась внутри этих двух комнат.

- И так, все это привело меня сюда, привело меня сюда… ко всем вам.

Он не ответил. Пальцы Наото беспрестанно переплетались друг с другом, она смотрела вниз, сидя на скамье.

- Я ничего не знала об этом мире. Но в мгновение ока меня затянуло в него, прочь из мира, который я могу только представлять спокойным, с любящей семьей. И все-таки, когда я оказалась здесь, я обнаружила людей, которые жили здесь с рождения. Я спрашивала, делает ли это меня другой? Неужели…

- Что за хрень ты порешь? – прервал ее Хайне, раздраженный ее странным монологом. – Каким местом это со мной связано?

- … я не понимаю тебя.

- ….

- Я всегда оглядывалась на прошлое, как на какое-то проклятие. Потому, что из-за этого прошлого я попала сюда, из-за него меня втянуло в этот мир. Но ты все равно продолжаешь идти вперед, ведомый своим прошлым. Ты будто всегда обитаешь в прошлом, в то время как я хотела бы избавиться от своего. И мне всегда было интересно, почему ты способен на это.

Пальцы Наото продолжали переплетаться.

- Мне всегда было интересно, почему ты можешь постоянно двигаться вперед. Мне становилось любопытно, но чем любопытнее мне становилось, чем глубже я заглядывала, тем больше я понимала кое-что.

- …

- Ты относишься ко мне по-другому, не так, как ко всем остальным.

Она не видела Хайне и не обратила внимания, что он скрипнул зубами и цыкнул.

- Ты смотришь на меня так, будто мне нечего делать рядом с тобой, и относишься так же. Чем больше я это замечала, тем меньше понимала почему. Сначала я не обращала на это внимание, считая, что это из-за твоего характера.

Стрелок не произнес ни слова.

- Ты опрометчивый, грубый, свирепый, склонен к садизму… Столько твоих качеств претят моим ценностям. И все равно… - тут Наото наклонилась вперед, почти касаясь головой коленей, будто истово молилась, – некоторые твои поступки меняют мое мнение о тебе. Ты параноик, но в то же время слишком уж печешься о вещах, которые тебе дороже всего. Ты чувствуешь, что должен всегда защищать Нилл, когда ей грозит опасность. Ты помогаешь Падре Эрнесту во всем, о чем он ни попросит, хотя тебя это раздражает, и бабушке Лизе тоже. А если уж говорить о Бадо, то вы похожи на братьев, которые постоянно спорят, но у них много общего. А сегодня я увидела, как ты молился в церкви на передней скамье… и увидела даже здесь… когда ты каялся в грехах.

На мгновение она замолчала. Он также не проронил ни слова.

- Но когда дело касается меня, все, что я в тебе ненавижу, возвращается обратно. Ты никогда не забываешь зло посмотреть на меня, обложить ругательствами… Когда я о тебе ничего не знала, мне было все равно, как это обернется. Но сейчас… Сейчас, когда я так хорошо знаю всех, это начинает доставать.

- … доставать…?! – вдруг заговорил Хайне, снова скрипнув зубами. – Так вот, что это? Когда я говорю тебе убираться к черту с моих глаз, это тебя ДОСТАЕТ, нахрен?!

- О-ой, - Наото мигнула, поняв, что неправильно выразилась. – П-подожди…

- Что за ДЕРЬМО. А ты смелая! Приперлась сюда, чтобы сказать, что притащилась, потому что я тебя ДОСТАЛ?

Она не сказала ни слова.

- И больше нафиг не вякай, женщина. Просто сиди, пока Бадо или что…

- ЗАТКНИСЬ И ДАЙ МНЕ ЗАКОНЧИТЬ! – крикнула она. Хайне моргнул, удивившись воплям.

Она полностью растеряла все свое спокойствие. До сих пор единственный раз, когда она кричала, был без причины. Тогда она потеряла сознание, и он подхватил ее.

Оно потрясло Хайне, то воспоминание. Он схватил ее за руку и притянул к себе до того, как она упала на землю. Конечно, он тут же положил ее. Ему вдруг стало интересно, поняла ли она, что это он не позволил ей упасть. Тогда впервые он коснулся другой женщины, кроме Нилл, и это воспоминание, по какой-то причине, прочно засело у него в голове. Может, поэтому сегодня она схватила его за руку?

В этом была вся она – действует по велению души.

Он смолк, даруя молчание, которого ей так хотелось.

- А тебя это не достало? – спросила она.

- …

- Разве тебя не достало, что я не разговариваю с тобой, что я тоже зло смотрю на тебя?

- ….

- Нет ведь? И вот как раз это я больше всего и замечаю. Среди всех твоих знакомых ты выделяешь меня без особой на то причины. Я просто хочу знать… почему?

- Почему это так важно для тебя? С чего это тебе так чертовски хочется знать мое мнение?

- …Я не могу иначе. - Мечница медленно распрямилась, откинув назад волосы. – Самое большее, что я замечала, с тех пор как оказалась здесь… - Она посмотрела на потолок. Ее тело почти обмякло, когда она тихо произнесла. – Ты - тот, кого я больше всех замечала.

Хайне оставалось только в молчании пялиться на потолок со своей стороны. Удобно устроив голову на коврике для коленопреклонения, он не мог не поддаться влиянию ее слов. Он проклинал ее вполголоса, матеря за то, что чертовски много болтает. И тут она произнесла это - и вызвала взрыв.

- Ты напоминаешь мне ее.

Наото совсем не двигалась, лениво откинувшись на стуле и смотря наверх.

- …Лили?

Молчание.

- Вы двое совсем не похожи. Она все время улыбалась, была со всеми нежна, но в то же время полна страха. Ты, напротив, не улыбаешься, когда я рядом, и ты предпочитаешь драться одна. Она не хотела ни с кем драться. Вы настолько разные, что дальше некуда.

- Тогда чем я тебе напоминаю ее?

- Ты мне кажешься человеком, которым должна была стать она. Машиной для убийств, которая инстинктивно пускает в ход клыки, когда видит чужие. Ты – все то, чего она боялась в себе. Она никогда не хотела становиться такой.

- …

- Каждый раз, когда я вижу тебя, я вижу ее. Ту «ее», которой она никогда не хотела становиться. Поэтому, я освободил ее от цепей и отпустил.

Молчание.

- Ты – олицетворение той Лили, которая была бы сейчас здесь, если бы она осталась прикованной к аду подполья.

- …

- …Когда я вижу тебя, моя кровь вскипает, и это существо внутри меня… демон внутри просыпается от твоего присутствия. Он хочет, чтобы я порвал тебя в клочья… - Хайне закрыл глаза, полностью расслабив тело. – Я не хочу больше видеть лицо Лили.

- …Но я не она.

Хайне заглянул в дыру.

- Я это я. – С другой стороны голова Наото снова подалась вперед, ее руки скользили по ноге, пока она смотрела на пол. – Почему меня должны ненавидеть, потому что я кого-то там олицетворяю? Ты даже не можешь ненавидеть меня за то, что я это я.

- …

- Или я для тебя даже не я?

Хайне снова посмотрел в потолок, вздохнув.

- Ты слишком спокойна, твои слова слишком остры, и ты следуешь нравственности, которой не место в Подполье. Нравственности, которой ты так упорно держишься. Ты отказываешься убивать, ставя свое сострадание выше логики в критический момент. Ты постоянно пытаешься внушить свои цели и веру другим. Рассудительная, но в то же время опрометчивая, не понимаешь до конца, что происходит.

Наото не шелохнулась.

- Я бы никогда не сказал, что ты абсолютная противоположность Лили, если бы ничего не знал о тебе.

Глаза Наото слегка расширились, она чуть подалась, чтобы заглянуть в дыру.

- Ты законченная идиотка… Наото.

Голова Наото дернулась от шока.

- Т-ты назвал меня по имени.

- …ничего не мог поделать.

Хайне закрыл глаза.

- Ты та, на кого я смотрю больше всех.

Он тоже был идиотом.

Двое снова молчали. Атмосфера все еще была напряженной, и Хайне пытался расслабиться, его сердце билось чуть быстрее от раздражения, что ему пришлось говорить такие вещи. Он все еще не мог пошевелиться, нож прочно пришпиливал его к полу. Он вздыхал, не открывая глаз.

- Простите меня, отец, ибо я согрешила.

Его глаза распахнулись.

- …Я никогда не исповедовалась.

Хайне не мог не усмехнуться, он прикрыл глаза.

- Продолжай.

- …я постоянно спорю с этим доставучим парнем с белыми волосами и бледной кожей. Он легко действует мне на нервы, и бывают времена, когда я хочу, чтобы он исчез.

- Ясно.

- Я поняла, что если бы он не существовал… я бы не замечала, как много он на меня смотрит, и я бы так не беспокоилась, что он обо мне думает. Чем больше я его узнавала, тем больше я боялась того, что он обо мне думает. Но может… он не такой плохой, как я думала.

- …Идиотка.

Лицо Наото раздраженно подернулось.

- …это не то, что должен говорить священник.

- А я и не священник.

Она моргнула.

- Я это я, - он повторил ее же слова.

Женщина снова стала нервно перебирать пальцами, ее волосы слегка прикрыли лицо, когда она пролезла сквозь отверстие, попав в исповедальню Хайне. Она замерла на мгновение, поняв, что Хайне уставился на нее своими красными глазами. Он смотрел на нее не свирепо, в его лице не было ненависти. Впервые она почувствовала, что Хайне смотрит на нее просто потому, что она здесь. Неожиданное покалывание прошло по ее позвоночнику, когда она придвинулась ближе к нему.

Кончики ее пальцев медленно скользнули по ножу, схватив его и потянув. Наото сжала зубы, она не понимала, насколько глубоко всадила нож, пока не попыталась его вытащить. Ее взгляд случайно обратился к нему, заметив, что его красные зрачки смотрят на нее. Хайне молчал, не отрываясь глядя на нее. Ее тело снова вздрогнуло, она быстро отвернулась, сосредоточившись на ноже.

- Почему ты так на меня смотришь?

- А тебе-то что?

Она зло взглянула на него, а он просто пристально смотрел на нее.

Пока она пыталась вытащить нож, атмосфера изменилась. Раньше она думала, что вовсе не знает Хайне, когда, на самом деле, она, похоже, знала его лучше всех. Наконец, она вытащила нож, несколько капелек пота выступила на ее лице, когда она снова полезла на свою сторону исповедальни.

Он схватил ее за запястье раненой рукой.

- Хайне.

- У тебя все еще проблемы?

- Нет, ничего.

- Тогда открой глаза и посмотри на меня.

Она и не поняла, что крепко зажмурилась, и теперь открыла глаза, чтобы взглянуть ему в лицо. Не мигая, стрелок смотрел на нее. На некоторое время они замерли в каких-то сантиметрах друг от друга, смотря друг другу в лицо.

- Эй, Хайне…

- Что…?

- …мне как-то больно стоять, так наклонившись.

Он посмотрел в сторону, поняв, что нижняя часть ее тела все еще была с другой стороны.

- Ч… Поступай как знаешь.

Ослабив хватку, он откинулся обратно, закрыв глаза и ожидая, пока она вернется в свою исповедальню. Что-то зашуршало, и он почувствовал навалившийся на него вес. Хайне открыл глаза, сообразив, что она полностью залезла в исповедальню, навалившись на него всем телом.

Ни слова не было сказано. Она тихо положила голову ему на грудь, и он, смотря на нее, не видел ее лица, только пряди ее мягких черных волос. Комнатенка была узкой и маленькой, он даже не мог вытянуть ноги. Ни слова не было сказано, потому что им обоим было понятно, почему она всегда его замечала. Ни голоса не было подано, потому что им обоим было понятно, почему он всегда смотрел на нее.

Она, желавшая стереть прошлое, которое покинуло ее, приняв за мёртвую.

Он, хотевший переписать будущее, в котором будет сражаться вечно.

Она, решившая скалить клыки, и он, решивший их спрятать. Они были полными противоположностями в вере и потребностях. Как исповедальня, в которой они сидели, они как люди были в двух совершенно разных мирах во всем.

Но все, что им было нужно, - отверстие, небольшая дыра, соединяющая две комнаты, и они обратятся к ней, внимательно наблюдая через отверстие за человеком, который сидит в своем мире совершенно один.

И они даже придвинутся ближе, желая узнать, почувствовать каково это - на другой стороне.

Самая искренняя форма притяжения.

Наото Фуюмине повернула голову, все еще лежавшую на продырявленной пулями груди Хайне Раммштайнера, когда она взглянула на него, его взгляд тут же встретился с ее. Настолько близко они были. От напряжения, проходившего по ее телу от кончиков пальцев касавшихся его, она дрожала больше, чем думала.

Она быстро поняла, что это потому, что он тоже дрожал.

Она потянулась, приблизив свое лице к его, а он все так же молча наблюдал. Ее короткие волосы были так близко, что касались его лица, он закрыл глаза, ощущая, как ее волосы скользят по его щекам и даже слегка касаются губ.

- Эй, а я думала, что ты боишься женщин.

Он открыл глаза и обнаружил, что ее лицо гораздо ближе, он даже мог почувствовать ее дыхание. Голос внутри него молчал.

- Вообще-то тебя я никогда не боялся.

Это произошло случайно.

Две одиноких души в разных мирах, которые урвали взгляд на другой, будут притягиваться к маленькому отверстию, оставленному им, и неожиданно в мгновение ока…

Их маленькие комнаты будут гораздо меньше, но не настолько одинокими.

Они, у кого нет ничего общего, быстро найдут…

Общее не означает ничего, если притяжение достаточно исключительно.

Наото Фуюмине опустила голову, и они…

Падре открыл дверь своей исповедальни.

- Извини Наото-чан, но мне пришлось…

Нилл выглянула из-за Падре, и оба обнаружили, что никого внутри не было. Священник понял, что воздух пуст. Однако он почувствовал сквозняк, показывающий, что экран в исповедальне открыт.

Он повернулся и медленно открыл другую дверь.

Нилл вспыхнула, закрыв глаза руками, но подглядывая между пальцами.

Падре Эрнст улыбнулся. Будучи слепым, он чувствовал напряжение в воздухе.


- Простите меня, святой отец…

Хайне лежал на полу с закрытыми глазами, Наото лежала сверху, устроив голову на его груди, и он наклонил голову к ней. Оба спали. Рука Хайне обвилась вокруг ее талии, и ее ладонь покоилась сверху. Пальцы его окровавленной руки сплетались с ее.

- Два демона нашли свою дорогу в Рай.

@темы: DOGS, гет, джен

URL
Комментарии
2011-03-09 в 20:43 

Там ничего не осталось кроме того, что там есть
О ГОСПОДИ! это прекрасно... *тихая радостная истерика*
поклоняюсь и автору, за чудесное написание, и переводчику, за великолепные перевод :gh3:
и конечно, букет :red:

2011-03-11 в 22:29 

Загружу по полной
VALENTINOnino спасибо)) очень польщен

URL
2011-03-15 в 19:44 

Nhi
как тебе мысль выстрелить себе в голову завтра в прямом эфире? ©
второй приход)))

2011-03-15 в 19:53 

Загружу по полной
Нхи, и еще раз благодарю. исправил.
но с этим так ничего и не придумал:
об этом мире, но в мгновение ока меня затянуло в него, прочь из мира очень запутанная тавтология
по-прежнему удивлен

URL
2011-03-15 в 19:55 

как тебе мысль выстрелить себе в голову завтра в прямом эфире? ©
ну вроде реально ничего так перевод вышел))

2011-03-17 в 19:23 

Загружу по полной

URL
   

Gripping Stories

главная